На главную страницу

«Эx, Ладога!»

Ладога всегда остается Ладогой, даже если идешь по ней не в первый раз. Она позволяет осторожно прикоснуться к еще не совсем испоганенному цивилизацией уголку нашей природы, на котором сплетаются исторические пути двух народов — финнов и русских. Она же способна преподнести множество экстремальных ситуаций, побывать в которых один раз полезно, а второй — не хочется. И хотя неожиданностей в этот раз было, по большому счету, не так уж много, каждый получил от похода то, ради чего он на время покинул уютную городскую квартиру. Это сложно передать словами, это надо видеть, чувствовать, впитывать...

Увеличить

Наши смешанные русско-финские экипажи срабатываются не только в процессе приема пищи и ночных бдений у костра. Подлинное осознание себя одной командой наступает, прежде всего, во время гребных многочасовых марафонов в дождь и ветер, и под парусом, когда, повинуясь инстинкту самосохранения, все пытаются предотвратить третий поворот шлюпки — оверкиль. И частенько, особенно в конце похода, я ловил себя на мысли, что рядом с нами финны как бы становятся «своими», только говорят они почему-то по-фински и по-английски! Значит, не такие уж мы разные, если способны понимать друг друга, даже учитывая наш более чем блеклый английский.

Наверное, и в самом деле «наши» финны стали действительно немножко «нашими», потому что переняли (или разбудили дремавшие в себе?) частички евразийского мышления. Похоже, именно за этим — за романтикой, приключениями и полудикой жизнью — едут они сюда во время своих отпусков, некоторые уже не в первый раз, потому что в тепле и сытости именно этого и не хватает. Впрочем, для многих из них приладожские места связаны с их отцами и дедами, которых в середине века судьба раскидала — кого в Финляндию, а кого — в Сибирь. И нам до конца не понять мысли и чувства потомков жителей островов северной Ладоги, прибывших на родину своих предков.

Увеличить

В.А. Сапожников и финны сталкивают шлюпку

Поразительно, что многие наши гости начали (или продолжили) изучение русского языка, а на вопрос «зачем» отвечали: чтобы иметь возможность путешествовать и беседовать с людьми. С нашей стороны подобного рвения по отношению к финскому языку не наблюдалось, а вот свой реальный уровень английского мы смогли оценить, не заглядывая в зачетки. Увы, хвастать нечем, и для многих языковой барьер был серьезной помехой в общении. И слова вроде бы знаем, а вот связать их без русских неопределенных артиклей уже не можем.

Увеличить

Этот ладожский поход был долгожданным и выстраданным неудачами прошлого года, когда сильнейший шторм не позволил шлюпкам выйти в Ладогу. И он определенно получился, несмотря на множество проблем. И — плевать на неласковую дождливую погоду, не беда, что военно-морские карты достойны Ивана Сусанина и хотелось воспарить птицей над шхерами, попутно зарисовывая очертания ближайших островов!

Пусть же Ладога еще раз увидит наши шлюпки, и уже другие обретут в походе нечто важное для их человеческого существования.

Константин Поляков, старшина шлюпки, аспирант

 

К началу страницы

«За кадры верфям», № 22 (2139), декабрь 1993 г.

 

 

Константин Поляков 
 eco-ladoga@narod.ru © 2007-2015 К. Поляков